В боевых искусствах основными объектами воздействия (т.е. "сырьем") являются жизнеспособность, энергия и дух, а орудием воздействия (т.е "инструментом") — сознание. Рассмотрим всю систему подготовки, включая "собирание концентрированной силы" и воли, моторные навыки, символическое обозначение движений, овладение движениями и т.д., и для удобства сведем все эти элементы к понятию "сознание" или "сознательное намерение к движению", которое для краткости назовем •'сознательным намерением".
Используя орудие труда, работник тоже действует сознательно в обычном понимании этого слова, включая логическое и абстрактное мышление. Эту мысль мы выразили с позиций общепринятою понимания содержания и фирм мыслительной деятельности.
Теперь давайте рассмотрим результат взаимодействия работника, орудий труда и сырья. "Мысль" порождает "намерение" воздействовать на жизнеспособность,. энергию и дух. Изменения, происходящие в объектах воздействия, вызывают соответствующие изменения в сознательных намерениях работника. И первое, и второе находят отражение в мыслительном процессе, вызывал соответствующие изменения в нем.
В процессе такого взаимодействия все три участвующие в нем элемента являются источником тех или иных изменений. Если выбран правильный способ взаимодействия, то все изменения происходят по нарастающей, улучшаясь качественно и количественно, вместе с чем происходит и расширение возможностей взаимодействия этих элементов.
В боевых искусствах присутствует результат, который коренным образом отличает их от других видов подготовки, а именно: в процессе взаимодействия жизнеспособности, энергии и духа, осуществляемого намеренно, возникает "сознание", в котором жизнеспособность, энергия и дух сливаются с намерением: сознание, которое стимулирует намерение продвигаться вперед в гармонии с жизнеспособностью, энергией и духом.
Этот третий вид сознания, будучи однажды порожденным., способен одновременно воздействовать и на намерение, и на жизнеспособность, энергию и дух, способен расширяться и подниматься, получая от них постоянную подпитку. Когда мы говорим о "совершенствовании сознания", то имеем в виду именно такое сознание.
Сознание, таким образом, выступает в качестве четвертого элемента "производственного процесса". Какое же место занимает каждый из элементов в этом процессе и каковы их функции? Среди четырех элементов, участвующих
в "производстве" — "мысли", "'намерения", "сознания" и "жизнеспособности — энергии — духа", — имеется три вида сознания
Первый вид — мысль, или мыслительный процесс, который, под воздействием трех других элементов, подвергается глубоким изменениям, ведущим к трансформированию форм и способностей мыслительной работы индивидуума. Любое изменение трех других компонентов, связанное с повышением их уровня, поднятием уровня их взаимодействия, неизбежно оказывает влияние на образ мысли человека.
Более того, продвижение по ступеням мастерства невозможно без изменения образа мысли. Без этого нет продвижения вперед. Когда три остальные элемента развиваются до определенного уровня, образ мысли претерпевает качественные и количественные изменения, позволяющие человеку овладеть образом мысли Древнего Китая через опыт взаимного совершенствования тела и мышления. Это единственно возможный путь постижения боевых искусств высшего уровня и цигун для современного человека.
Второй вид сознания — намерение. Благодаря трансформации жизнеспособности, энергии и духа, осуществленной с помощью намерения в качестве инструмента, т.е. благодаря трансформации самого человека, возникает сознание, в котором намерение, соединяясь с жизнеспособностью, энергией и духом, образует единое целое. С появлением такого вида сознания намерение начинает воздействовать уже на два вида "сырья": на сознание и "жизнеспособность — энергию — дух".
Функция намерения на этом этапе заключается в том, чтобы в максимальной степени объединить волю с жизнеспособностью, энергией и духом и получить "сплав" в виде сознания. В процессе этой работы уровень, качество и количество сознания поднимаются до такой точки, по достижении которой происходит полное растворение друг в друге определенной части намерения и "жизнеспособности — энергии — духа", в результате чего возникает сознание, обладающее необыкновенно высокими качественными и количественными характеристиками, что позволяет добиться координации покоя и движения в сознании, энергии и духе.
По мере нарастания описанного выше процесса намерение постепенно растворяется и тает, приобретая характер ограниченного фактора, одновременно видоизменяясь и совершенствуя свое содержание, а "жизнеспособность — энергия —дух" теряют свой ограниченный характер, одновременно приобретая дополнительные способности. Устранение главного препятствия между мыслью и намерением способствует установлению прямой связи, отношений непосредственного взаимодействия между ними.
Мысль, прошедшая процесс перестройки, воздействует непосредственно на сознание без участия намерения, а через сознание — опосредованно на ту часть намерения, которая уже перестроилась, но не перешла в сознание, а также на жизнеспособность, энергию и дух.
В то же время та часть намерения, которая еще не перешла в сознание, продолжает воздействовать на него, а также на жизнеспособность, энергию и дух, стимулируя их взаимодействие, которое в свою очередь продолжает влиять на мысль.
Таким образом формируется сложный процесс взаимного совершенствования четырех элементов и сознательного совершенствования сознания.

С какой бы точки зрения ни подходить к боевым искусствам, они направлены на тренировку жизнеспособности, энергии и духа с использованием различных методов параллельного совершенствования тела и сознания. Практические принципы и способы при этом чрезвычайно разнообразны, и нами проделана лишь незначительная часть работы по их анализу. Полное и всестороннее их научное изучение еще впереди и требует новых усилий.
Методики подготовки в боевых искусствах включают определенный набор упражнений в положении стоя, "сидение в состоянии покоя", одиночные позы (простые движения), связки, приемы и ряд вспомогательных упражнений. Обучение принципам выполнения упражнений осуществляется постепенно, по мере продвижения по ступеням практического мастерства. Любое упражнение, статическое или динамическое, начинается с "настройки тела", осуществляемой сознательно. Поэтому можно сказать, что оно начинается и с "настройки сознания".
"Настройка тела", несомненно, вызывает сознательное или неосознанное изменение дыхания, а также изменение состояния энергии и внутренней силы. Результатом "настройки тела" должна стать "психологическая настройка", ведущая затем к "настройке сознания". Отдача от занятий наступает по мере того, как "совершенствование сознания" стимулирует "совершенствование мышления, энергии (включая дыхание) и тела". Затем осуществляется повторная "настройка тела" уже на базе нового сознания, адаптированного к новым условиям.
С этого момента весь процесс занятий вступает в сверхестественную сферу, где каждое действие, каждый шаг тесно связаны с другими, вместе они поднимаются все выше и выше по звеньям бесконечной спирали: сознательная "настройка тела", подключение и направление физической силы и энергии с помощью сознания, "настройка мышления" с помощью сознания, тела и энергии, а затем возвращение к началу, но уже с сознанием, поднявшимся на более высокий уровень, т.е. достигшим определенной степени совершенства за счет сознательной тренировки тела, энергии и мышления; возвращение к началу с целью дальнейшего совершенствования тела, энергии, мышления и "сознания".
Таким образом спираль закручивается все выше и выше в бесконечность, при этом ни на мгновение не "отрываясь" от сознания. В результате этого циклического процесса и происходит постепенное "совершенствование сознания", поступательная трансформация жизнеспособности, энергии и духа через их взаимное совершенствование и трансмутацию.
Анализируя этот циклический процесс работы над жизнеспособностью, энергией и духом, можно отметить, что сознание, на всех этапах являющееся средством и инструментом, в то же время само остается объектом совершенствования. Роль сознания как инструмента и одновременно как объекта воздействия со всей очевидностью демонстрирует сущность процесса "совершенствования сознания с помощью сознания".
Развивая эту тему далее, можно сравнить работу над телом и мышлением в боевых искусствах со специальной технологией производства какого-либо продукта, а затем проанализировать, что же есть "сознание" и каковы принципы "совершенствования сознания с помощью сознания".
Любой производственный процесс включает три элемента: сырье, орудия производства и работника. В производстве эти три элемента не зависимы друг от друга, в то время как в боевых искусствах три элемента соединены в человеке, все воплощены в его теле и мышлении (как три составляющих триединого "мышления").
В производстве человек определенным образом воздействует на сырье орудиями производства, что представляет собой односторонний, однонаправленный процесс, в результате которого создается продукт, теряющий всякую связь с другими элементами. В противоположность этому в процессе занятий боевыми искусствами все происходит в человеке, каждое действие вызывает ответную реакцию, все три элемента находятся в постоянном взаимодействии, в процессе которого происходит их изменение и совершенствование, постепенно приводя к состоянию гармонии тела и мышления человека как единого целого.
Поэтому всякие изменения, происходящие на любом из этапов занятий, непосредственно влияют на целое. Именно этот смысл заложен в поговорке: "Дернув за волосок, можно сдвинуть все тело".

В предыдущих главах мы уже отмечали, что "сознание" - это особая структура, в которой "дух" и материя слиты воедино. Для того, чтобы правильно оценить "совершенствование сознания" как сущность и истинную природу боевых искусств, необходимо дать понятию сознания более подробное толкование.
Как отмечалось ранее, содержательную основу занятий боевыми искусствами составляют жизненная сила (жизнеспособность), энергия (ци) и дух, которые в совокупности могут быть представлены как мышление*, в котором материя, способности и дух слиты н одно целое.
Может возникнуть вопрос, каким образом мышление является одновременно и первым, и вторым, и третьим. В действительности, говоря языком современной медицины, высшая нервная деятельность является ничем иным как мышлением, объединяющим биологические, физиологические процессы и умственные способности. Оно включает биологический аспект, интеллектуальную и эмоциональную деятельность, а также процессы роста и изменения, которые также принадлежат различным областям познания.
Такое разделение по "принадлежности", проистекающее из потребностей аналитических исследований, использовалось достаточно долго и вылилось в "забвение корней", в результате чего изучение каждого из аспектов велось по своим собственным принципам и правилам. Даже в том случае, если в каждом отдельном специальном исследовании подчеркивать его подчиненное положение по отношению к целому, инерция и концептуальные неточности, присущие замкнутым системам, делают весьма затруднительным выведение совокупного представления о целом и установление истинных связей той или иной специальной области исследований с целым.
Мышление, о котором мы говорим, мышление триединое. Оно включает все уровни единой материальной субстанции (в современном понимании) человеческого тела и мозга, а также целостный дух человека (в современном понимании). Можно утверждать, что оно охватывает все физические и интеллектуальные способности, заложенные в человеке. Мышление представляет собой и структуру, и качество (или состояние) одновременно, причем, качество имеет более важное значение, чем структура. Вместе с тем, оно представляет собой единую цельную функцию, благодаря которой и становится возможным существование и функционирование тела и сознания человека. Оперируя понятиями китайской медицины, все можно обобщить и представить в качестве жизнеспособности, энергии и духа.
Совершенствование мышления связано с определенными противоречиями и различного рода препятствиями, временно возникающими в организме и сознании человека. Этот процесс заключается в работе над целым за счет совершенствования тела с помощью мышления, совершенствования тела с помощью тела, совершенствования мышления с помощью тела и т.д. Цель всего этого — устранение всех противоречий, препятствующих такому взаимодейст- . вию между телом и мышлением, при котором достигается абсолютная их координация и слияние в единое целое.
Здесь и тело, и мышление (или три составляющих мышления: жизнеспособность, энергия и дух) представляют собой неотъемлемые части целого, триединую систему способностей, сил и результатов, которые должны превратиться в одно. "Мышление", являющееся конечным продуктом, необходимо рассматривать как единую эффективную систему, в которой все три составляющие уже слиты воедино. Это и называется мышлением, "возвращенным к реальности и простоте", мышлением, "объединяющим мысль и энергию, мысль и дух, мысль и сознание, дух и сознание" и т.д. Только оно и может являться целью занятий боевыми искусствами высшего уровня.
Такое мышление не подразделяется на дух и материю (различие между ними существует лишь в умозаключениях философов). Только такое толкование "мышления" позволяет оценить истинное значение классической восточной, и в частности китайской, философии; только таким образом можно прийти к пониманию высоких теоретических и практических целей боевых искусств и цигун высшего уровня; только оно дает возможность разобраться в теории "реального человека" в традиционной китайской медицине. Более того, обладание таким "мышлением" является целью всех школ боевых искусств, пусть даже пути ее достижения в каждой из них свои. Овладение им является условием установления холистических связей с мирозданием, природой и обществом, достижения согласованности и гармонии, полного с ними единения.
Мы использовали понятие "мышление" как пример, наглядно демонстрирующий огромные и действительно фундаментальные различия между системами традиционной китайской науки и современной научной концепцией. Кроме того, приведенное толкование показывает, сколь велики различия между подходами, принятыми в боевых искусствах и в современной науке физического воспитания.
Без этого вступления чрезвычайно трудно было бы обсуждать любую проблему, связанную с боевыми искусствами, будь то "сознание", "совершенствование сознания", "совершенствование сознания с помощью сознания" или "сознание без сознательного намерения". Невозможно, к сожалению, избежать использования терминов, значения которых в концептуальном плане принадлежат одновременно двум самостоятельным системам. Надеемся, что читатель будет в состоянии выявить эти различия.

Если говорить в обшем плане, то. когда дело доходит до концепции "сознание" и его сущности, оказывается, что традиционная китайская наука и культура, литература и искусство, медицина, философия, цигун, боевые искусства и т.д. понимают под этим нечто, что не имеет точного определения. Уже одно это является важной темой, нуждающейся в коллективном исследовании, охватывающем целый ряд проблем. В то же время в каждой из областей имеется собственное понимание сознания, собственный опыт его совершенствования. "Дух" и "сознание" в философском понимании, в трактовке китайской медицины и искусства; "сознание" как соприкосновение с идеальным в поэзии, музыке, каллиграфии и живописи: "сознание" и "истинное сознание" в цигун и боевых искусствах — все это проявления "сознания" или то, что имеет к нему отношение.
С полной определенностью можно быть уверенным в одном: то, что мы понимаем под "сознанием", является продуктом особого образа мышления, с помощью которого древние китайцы познавали и изменяли объективный и субъективный мир. Другими словами, это уникальный продукт традиционной китайской культуры и психологии. Поскольку такой подход к сознанию и способ оперирования им отличаются от принятых в современной науке, так же как и методы совершенствования, соответственно теория и практические результаты тоже имеют отличия.
Таким образом, можно сказать, что понятие "сознание" охватывает все уровни сознания и психологии и включает квинтэссенцию особого рода психологического знания со специфическим содержанием, формой и значением. Оно также является важным объектом исследований, с которым многочисленным современным психологическим школам еще предстоит столкнуться. С одной стороны, это понятие определенным образом соприкасается с содержанием современной биологии и психологии, а с другой стороны, выходит в такую сложную сферу нервной деятельности, мышления и сознания, которую современная биология и психология даже не затрагивали.
Творческий и непредвзятый подход к теории и практике совершенствования сознания через боевые искусства с привлечением исторического наследия и достижений современной науки, китайского и зарубежного опыта, несомненно, позволит совершить прорыв в вопросе изучения коренной сущности понятия "сознание" и продвинуться далее в исследовании широкого круга связанных с этим понятием проблем.
В узком смысле понятие "сознание" означает тип развитого мышления, в котором биологическое и психологическое начала слиты в одно целое. Такое понимание "сознания" выражено в формуле: "Сознание и тело совершенствуются вместе через физические упражнения и тренировку мысли, через одновременное пестование естества и жизни". Мы называем это "сверхординарным сознанием". Его "сверхординарность" заключается в том, что такой тип сознания прошел комбинированное совершенствование сознания и тела до определенного уровня психофизической координации, позволяющей с помощью такого сознания приводить в действие и направлять биологические факторы.
Сознание, о котором идет речь, не является сознанием в обычном понимании, т.е. это не абстрактное логическое мышление и не абстрактное продуцирование идей, тем более, это не абстрактные размышления, как мы их понимаем в повседневной жизни. Оно совсем не то, что представляет собой дом в голове строителя или форма и звук в голове физика, не является воплощением эго, суперэго, сознания, подсознания и инстинктов, выражаясь языком психоаналитиков. Сознание, о котором идет речь, а это, в первую очередь, развитое сознание, являющееся результатом комбинированного совершенствования тела и мышления.
Сознание представляет собой духовно-материальное образование, состоящее из трех частей: информации, содержания и формы. Когда оно функционирует в полную силу, то способно воздействовать абсолютно на любой духовный или материальный объект. Сознание образует поле, обладающее силой. Сверхординарное сознание своим внутренним содержанием способно возбуждать другие потенциалы, образуя силовое поле.
Сознание в этом понимании не является изначально данным человеку. Это высокоорганизованное сознание, формируемое путем особого вида сознательной (в некоторых условиях и бессознательной) тренировки и прошедшее через одновременное совершенствование тела и мышления. В боевых искусствах на него указывают установки, как "использовать сознание, а не силу" и "все есть сознание".
Применительно к боевым искусствам сознание означает "сознание боевых искусств", представляющее собой сложную структуру, объединяющую философию, психологию, биологию, медицину, теорию и практику самообороны, динамику, цигун, живопись и многие другие области культуры и искусства.
Учитывая все, что было сказано выше, остановимся пока на следующем определении: "сознание боевых искусств" представляет собой особый вид физических и психических способностей, соответствующих сущностному содержанию боевых искусств, развивающихся только в результате занятий боевыми искусствами, являющихся источником холистического взаимодействия с психическим и биологическим целым других людей и с внешним миром (включая природу и общество) и обеспечивающих эффективное взаимодействие между внутренним и внешним (человека), между духом и материей.
Отталкиваясь от данного определения, "совершенствование сознания" можно квалифицировать как особый вид психофизической подготовки в боевых искусствах. Другими словами, это суперподготовка тела и мышления через боевые искусства.
Необходимо заметить, что далеко не все школы боевых искусств и виды кулачного боя способны обеспечить совершенствование сознания. Те из них, в основу которых положены сила, скорость и выносливость, чья цель состоит в совершенствовании реакции, ни с точки зрения техники, ни с точки зрения психологической подготовки не могут быть отнесены к разряду китайских боевых искусств высокого уровня. Даже если в них и присутствуют определенные элементы сознательной работы над психикой, они, тем не менее, как правило, идентичны и характерны для всех видов кулачного боя.
Среди неклассических школ боевых искусств есть такие, которые тоже стали совмещать занятия кулачным боем с энергетикой и даже добились определенных успехов благодаря отдельным удачно подобранным упражнениям. Однако с точки зрения совершенствования сознания, эти попытки выглядят ничем иным, как профанация.
В различных видах кулачного боя высокого уровня также существует много индивидуальных различий в степени совершенствования сознания у отдельных мастеров, и случаи очевидного и полного овладения совершенным сознанием — достаточно редкое явление. Еще меньше тех, кто достиг уровня "отсутствия сознательного намерения".

Боевые искусства как способ тренировки системы «тело-сознание» сформировались в результате сочетания искусства кулачного боя, медицины, цигун, философии и других явлений культуры, включая литературу, драматическое искусства, живопись и т.д. Искусство кулачного боя обогатилось медицинским знанием цигун, благодаря чему была также установлена связь с философией, литературой и искусством. В связи с этим именно в философии нашла свое отражение высшая суть занятий совершенствованием сознания.
Это значит, что мы не должны ограничивать содержание боевых искусств его разделением на отдельные составляющие. Необходим всеобъемлющий подход к оценке источников боевых искусств, поскольку именно при таком подходе боевые искусства способны привести к высшей человеческой мудрости и, далее, к такому уровню понимания, который позволяет охватить все сущее разом.
С другой стороны, вклад боевых искусств в философию также трудно переоценить. Они представляют собой яркий пример конкретного философского опыта и обогащают ее экспериментальными данными по многим важным проблемам, которые невозможно получить никаким другим путем. Вместе с тем, благодаря достижениям в области совершенствования сознания, боевые искусства, наряду с успехами китайской медицины, цигун, литературы и искусства, так изменили литературную основу классической философии, а также ее нелитературное содержание, из которого выросла философская литература, что позволили донести его живые образцы до наших дней.
Изучение проблем совершенствования сознания в боевых искусствах невозможно без погружения в классическую китайскую философию, поскольку «сознание», о котором идет речь, является продуктом практики китайской философии. В связи с этим необходимо четко представлять, что в вопросах изучения китайского философского наследия следует проявлять большую осторожность, чтобы избежать упрощений и вульгаризации, способных привести к неоправданному возвеличиванию незначительного или, иными словами, поставить человека в положение слепого, ощупывающего слона. Недопустим и такой подход к китайской философии, который делает ее пассивным объектом научных исследований.
Поскольку классическая китайская философия имеет собственные корни, содержание и методологию, она оказала и оказывает по настоящее время огромное влияние на образ мыслей китайцев, использует собственные методы для объяснения субъективного и объективного миров. В Древнем Китае задолго до появления современного научного оборудования и методов анализа именно с помощью этой методологии китайцы познавали и перестраивали мир, создавая уникальную духовную и материальную культуру. И в наше время многие ученые и философы находятся под воздействием очарования классической китайской философии.
Учитывая все вышесказанное, можно констатировать, что китайская философия имеет полное право вести на равных диалог с современной наукой и философией во имя полноценного познания субъективного и объективного мира, что она способна внести новый вклад в обеспечение процветания человечества. Важно отметить, что среди особых возможностей, признанных как достижения китайской медицины, цигун и боевых искусств и часть из которых уже стала реальными, осознанными фактами, существует много такого, что современная философия и наука не в состоянии объяснить. Однако все ото постигла китайская философская мысль.
Хотя многое в классической китайской философии требует дальнейшего изучения и развития, ее значение для настоящего и будущего человечества не подлежит сомнению. Китайская философия — это разум древних китайцев, стержень психологии, культуры, концентрированное выражение знания и мудрости китайской нации.
Классическая китайская философия, вобравшая в себя древнюю китайскую культуру, науку, искусство, плоды общественного развития и повседневный опыт, в свою очередь превратилась в живую душу всех сфер жизни китайского общества. Изучение боевых искусств в целом, включая сущностную проблему совершенствования сознания, безусловно, неотделимо от философии. В этом заключается наиболее насущная на сегодняшний день задача «использования древнего в интересах настоящего».
Классическая китайская философия проповедует холический взгляд на природу в соответствии с которым небо, земля и человеческое общество связаны друг с другом, влияют друг на друга, небо, земля и человек являются единым целым, тело и сознание едины и т.д. Под влиянием этих философских принципов сформировался целостный организм традиционной китайской науки и культуры.
Строго говоря, древняя китайская наука и культура не являются самостоятельными областями познания. Исследуя различные уровни макро- и микромира, они не отрываются от целого, а всегда изучают их в рамках единого, никогда не забывая о целостности. Такая методология в корне отличается от принятой на Западе традиции разделения целого на части, тщательного исследования изолированных от целого фрагментов и последующих попыток вновь обнаружить их связи с целым.
Таким образом, то, что современному человеку представляется абсолютно самостоятельными сферами познания, в сознании древних китайцев выглядело одной неразрывной целостностью, одной единой системой, подчиняющейся одному единому порядку. С точки зрения современной науки, боевые искусства, цигун, китайская медицина, философия, материя, дух, физика, химия, биология, математика и т.д. базируются на разных принципах и имеют разные объекты исследования. В глазах же древних китайцев, несмотря на свои индивидуальные особенности, все они представляли собой явления одной единой системы, подчиненные одному общему закону.
Человек представляет собой полную копию- мироздания, существующую в единстве с макрокосмом. Тело, энергия и сознание в боевых искусствах соответствуют жизненности, энергии и духу в китайской медицине и цигун, а также категориям земли, человека и неба в философии. Сознание, тело и энергия в боевых искусствах — это всего лишь отражение отношений между небом, землей и человеком.
В соответствии с китайской философией, небо и земля (ян и инь) в результате взаимодействия между собой порождают все сущее, включая человека. В человеке небо представлено сознанием, а земля — телом; в результате взаимодействия неба (сознания) и земли (тела) формируется энергия жизни. Когда изначальная энергия находится в гармонии с энергией, полученной в результате взаимодействия неба и земли, закладывается фундамент жизни и здоровья. В процессе развития человека появляется энергия, вступающая в отношения дисгармонии с энергией жизни (т.е. та часть энергии инь и ян, которая нарушает баланс в организме человека), что является источником физических и психических заболеваний.
Поэтому, под каким бы углом зрения — будь то боевые искусства, цигун, китайская медицина, психология, философия, природа или общество — мы ни рассматривали цели подготовки и обучения, они в любом случае сводятся к тому, чтобы последовательно стремиться к достижению максимального единства и равновесия между инь и ян в организме человека, их максимальной гармонии с небом и землей.
Соответственно, с любой точки зрения — будь то кулачный бой, здоровье, поведение и характер, жизнь, философия, живопись, культура, наука и т.д. — целью занятий и совершенствования сознания в боевых искусствах является восстановление нарушенного баланса между телом и сознанием путем соответствующей подготовки и «подстройки», восстановление, направленное на обеспечение единства неба и человека, на достижение такого равновесия, при котором субъект и объект сливаются воедино.
Правильное объяснение понятия единения субъекта и объекта, достижения состояния «слияния в одно целое» и, соответственно, правильное применение принципа единения неба и человека является общей задачей философии и боевых искусств, как, впрочем, и всех других наук. В то же время мы должны еще раз подчеркнуть, что боевые искусства и китайская философия, равно как и любое другое направление познания в этой холической системе, имеют полное право и возможности для изучения современной науки своими собственными методами.
Благодаря именно такому устройству природы и философскому принципу полного взаимного проникновения целого и его составляющих, стало возможным полное взаимное проникновение боевых искусств и философии. По той же причине можно говорить о том, что и боевые искусства, и философия вместе составляют такую сферу исследования, в которой пересекаются многие области современной науки.
Со времени появления первых надписей на костях и создание трактата «Иц-зин» классическая китайская философия пережила несколько этапов развития: формирование конфуцианства и даосизма, борьба «ста школ» в эпоху «воюющих царств» (V — III вв. до н.э.), классические учения эпохи Хань (206 г. до н.э. — 220 г. н.э.), мистицизм эпох Вэй и Цзинь (220 — 419 гг.), буддистские учения эпохи Северной и Южной династий (420 — 581 гг.). эпох Суй (581 — 618 гг.) и Тан (618 - 906 гг.). В эпохи Сун (960 - 1278 гг.), Юань (1278 - 1368 гг.), Мин (1368 — 1644 гг.) и Цин (1644 — 1911 гг.) конфуцианство, буддизм и даосизм, объединившись, образовали одну синкретическую «школу закона». Наконец, философская мысль эпох Мин и Цин положила начало современному этапу развития философии.
Процесс развития классической китайской философии сопровождался спорами и столкновениями разных школ, что не мешало их взаимному влиянию и проникновению. Последний раунд этой борьбы пришелся на эпохи Сун и Мин и положил начало возникновению и развитию «школы закона», известной также как «школа пути».
«Школа закона», возникшая в результате сочетания трех учений, представляет собой конфуцианство с вкраплениями буддизма и даосизма, адаптированными к конфуцианской системе. Для конфуцианства это был несомненный успех, означавший в свою очередь, извращение, девальвацию и угасание для даосизма и буддизма.
Тем не менее, «школа закона» объединила три основные доктринальные направления китайской философской мысли. Учение о законе как основе всего принадлежит конфуцианству, базирующемуся на принципах морали и добродетели; учение о первичности энергии принадлежит даосизму, базирующемуся на понятие дао (энергии); учение о первичности сознания представляет буддизм, базирующийся на категории мышления (естества).
В этом синтезе трех школ составляющие, основанные на категориях сознания и энергии, всегда стремились идентифицировать с «законом», стараясь доказать, что сознание и есть «закон» или, что «закон» означает порядок, в соответствии с которым функционирует энергия. То есть все составляющие, по сути своей, были конфуцианскими и вносили свой вклад в становление и укрепление конфуцианской «школы закона».
Этот небольшой экскурс в историю необходим для того, чтобы подчеркнуть два момента, связанные с боевыми искусствами и совершенствованием сознания. Первый заключается в том, что даосизм, буддизм и конфуцианство использовались классом феодалов в политических целях. В частности, политическая ангажированность конфуцианства была наиболее сильной и продолжительной, особенно в период, начиная с адепта конфуцианства Дун Чжуншу, жившего четыре века спустя после смерти Конфуция, и до династии Сун и Мин.
Второй момент связан с китайской медициной, цигун, боевыми искусствами и, отчасти, с даосизмом и буддизмом, которые внесли большой вклад в другие сферы жизни китайского общества. В эпоху Сун и Мин они подвергались жестоким гонениям со стороны конфуцианства. Эти гонения продолжались так долго — почти тысячу лет, что их последствия дают о себе знать до сих пор. В этом состоит одна из причин того, что сегодня мы встречаем большие трудности в деле изучения и упорядочения философского наследия буддизма и даосизма, как и достижений китайской медицины, цигун и боевых искусств.
Конфуцианство в большей степени является системой традиционной китайской политологии и общественной морали, как бы сферой самосознания в глубокой структуре традиционной культуры китайского народа. Буддизм же и даосизм, особенно это относится к даосизму, возникшему на китайской почве, стремятся к большему отражению естественного сознания и подсознания в этой глубокой структуре, представляют собой попытку вывести подсознание на уровень сознания.
Во внутренней структуре династий Сун и Мин неоконфуцианство выступало с позиций отрицания подсознания и его подавления самосознанием (что было обусловлено феодальной этикой). Однако даже в таких условиях, когда буддизм и даосизм подавлялись бюрократией из поколения в поколение, они смогли разработать естественную философию и создать своего рода психологическую науку, остались выразителями идеи подсознательного и по большому счету никогда не сдавали позиций перед лицом конфуцианского общественного сознания и его репрессивных проявлений. «Путешествие не Запад» — первый из известных китайских мифологических романов (датируемый XVI в.) — является классическим примером литературного произведения, отражающего острую полемику между конфуцианством, буддизмом и даосизмом в условиях господства неокон-фуцианства в эпохи Сун и Мин.
Изучая боевые искусства и механизм совершенствования сознания, мы ни в коем случае не можем избежать того, чтобы не затронуть философские аспекты их высших проявлений и состояний, не можем избежать того, что имеет отношение к обычной психологии и сверхординарной психологии. Из современной психологии известно, что сознание человека имеет несколько уровней и это предопределяет сложность и многообразие связей в биологическом организме, также представляющим собой многоуровневую систему.
Дисгармония между поверхностным сознанием и подсознанием является источником физических и психических заболеваний. Она может повлечь за собой неосознанную растрату большого количества жизненной энергии на преодоление этого внутреннего противоречия.
С другой стороны, высокая степень сбалансированности между двумя уровнями сознания способствует сохранению физической и психической энергии, которую можно аффективно использовать для жизни, учебы и работы. В то же время баланс между поверхностным сознанием и подсознанием является основой динамичного и тесного единства с окружающим миром.
Это своего рода высвобождение скрытого потенциала тела и мозга человека, путь разрешения многих социальных проблем. Все, начиная от сообществ, насчитывающих миллионы членов, и до отдельного человека нуждаются в открытии и развитии своих скрытых потенциалов в полном объеме. В свете таких высоких целей работа по изучению и переосмыслению классической китайской философии приобретает абсолютно новое значение.
Совершенствование сознания посредством боевых искусств и результаты этой работы, в свою очередь, способны оказать неоценимую помощь в изучении и понимании ценностей классической философии, в проникновении в психологические глубины китайской культуры с высоты сверхсознания. Кроме того, совершенствование сознания через боевые искусства может выступать как специфический инструмент и эталон для практических экспериментов, направленных на устранение ложного и сохранение истинного в этом гигантском наследии. В этом смысле боевые искусства не заменит ничто.
Эта тема по сути бесконечна, поскольку «сознание» есть нечто, где встречаются душа и тело, где взаимодействуют физическое и духовное, где пересекаются биологическое и физиологическое. «Сознание» по сути своей холично и пронизывает все сферы жизни человека.
Совершенствование сознания нельзя сводить только к тренировке активного и пассивного сознания, точно также, как нельзя низводить боевые искусства до уровня технических приемов, предназначенных для нанесения ударов и их парирования, для защиты и наступления. Любое дробление сводит на нет общую ценность боевых искусств. Обозначенные выше пять аспектов далеко не исчерпывают общей картины совершенствования сознания посредством боевых искусств в контексте традиционных теорий и практики. Все вышесказанное можно рассматривать лишь как маленькую толику, как пример, по которому можно судить о целом. Боевые искусства — это всеобъемлющее явление, включающее природу, общество и жизнь, многоуровневая система с эффективным содержанием и холическая по своей сути. Целью совершенствования сознания через боевые искусства является развитие скрытых возможностей тела и мозга человека, формирование особых способностей тела и необычайной силы сознания.
Боевые искусства, и, в частности, совершенствование сознания обладают уникальной эпистемологией и методологией, уникальной теоретической базой, системой подготовки и уникальным воздействием на человека. Если измерять их по шкале человеческого знания, то они представляют собой высший гносеологический уровень. Философские основы боевых искусств, включая совершенствование сознания, заключаются отнюдь не в религиозных предрассудках, позволяющих человеку, как считают многие философы, уйти от реальностей бытия, а, наоборот, в пробуждении субъективного динамизма индивидуума, способствующего не только восприятию и пониманию субъективного и объективного в существующем порядке вещей, но и их покорению и использованию в своих интересах.
Вместе с тем, боевые искусства не имеют ничего общего с тупыми попытками пробить стену, с «покорением» природы путем ее разрушения. Боевые искусства используют методы рационального перенимания функций природы для управления ею и использования в своих интересах, методы, основанные на гармоничном включении во всеобщий природный порядок и предполагающие адаптацию к этому порядку.

С точки зрения истории вопроса, энергетика (цигун) всегда являлась своеобразным мостиком, соединяющим боевые искусства с китайской медициной и философией. Внутренняя работа в боевых искусствах связана, прежде всего, с энергетикой. На более продвинутых этапах эта внутренняя работа заключается в соответствующей тренировке сознания на основе энергетики.
Исторически сложилось так, что боевые искусства стали по-новому влиять на физиологию, мускулатуру, психику, ловкость, координацию и здоровье человека только после того, когда они стали практиковаться в комбинации с энергетическими упражнениями. Только с приходом энергетики, соединившей кулачный бой с принципами сохранения здоровья, боевые искусства превратились в средство совершенствования сознания, выходящее далеко за рамки физиологии и психологии обычной гимнастики, превратились в средство достижения весьма специфических и удивительнейших результатов.
С другой стороны, только в боевых искусствах энергетические упражнения смогли подняться на новый уровень как инструмент гармонизации движения и покоя. Иными словами, боевые искусства и энергетика дополняют и обогащают друг друга.
Ранее можно было встретить высказывания о необходимости соединения боевых искусств и энергетики, поскольку сплошь и рядом встречались практики боевых искусств, которые не утруждали себя подготовкой в области энергетики. Однако истина состоит в том, что слияние боевых искусств и энергетики уже произошло и достаточно давно.Боевые искусства превратились в одну из форм и способов занятий энергетикой. Причина, по которой приходится вновь акцентировать внимание на «соединении», заключается в том, что в последние десятилетия боевые искусства, распространившиеся достаточно широко, были оторваны от энергетики и потеряли такой важный элемент, как внутренняя работа. Именно поэтому необходимо говорить о «восстановлении» внутренней работы в боевых искусствах, о «возрождении» энергетики в рамках боевых искусств. Строго говоря, боевые искусства без внутренней работы не являются классическими китайскими боевыми искусствами или, по крайней мере, не могут быть отнесены к боевым искусствам высокого уровня. Призывать к соединению боевых искусств с энергетикой все равно, что призывать к соединению боевых искусств с боевыми искусствами.
Точно также энергетика неотделима от тренировки сознания, поскольку все виды энергетических упражнений требуют настройки сознания.
Различные школы цигун принадлежат, в первую очередь, соответствующим философским и медицинским школам. Те из них, которые слились с разнообразными школами боевых искусств и кулачного боя, сформировали соответственно большое количество своих принципов и методов наряду с соответствующими упражнениями для сознания.
Более того, все они обладают уникальным содержанием и тайными учениями, все они имеют свои достижения. Однако, чем ближе к вершинам мастерства, тем отчетливее тенденция стремления к одной и той же цели, несмотря на различия в выбранном пути. Корни цигун — в китайской медицине и философских школах конфуцианства, буддизма и даосизма, а также и соответствующих религиозных учениях, каждое из которых, в свою очередь, делится на большое количество направлений и сект.
В рамках этой работы невозможно подробно остановиться на особенностях всех школ цигун. Поэтому мы ограничимся для примера даосской теорией «двойного пестования естества и жизни».
«Двойное пестование естества и жизни» заключается в укреплении жизненности, энергии и духа человека путем выполнения энергетических упражнений в движении и покое или за счет внутренней работы в боевых искусствах, в которой сочетаются движение и покой. Жизненность и энергия составляют жизнь, а дух — это «естество». Однако будучи доведенными до высшего уровня совершенства, они представляют собой единую энергию.
Главная цель состоит в том, чтобы преодолеть различные физические и психические помехи, формирующиеся у человека после рождения, и осуществить переход от преходящего к значительному, вернуться к реальному, восстановить целостность и через это реализовать скрытые возможности тела и мозга.
Несмотря на то, что речь идет о «двойном пестовании» и одновременном совершенствовании, тем не менее, уже сама постановка вопроса предполагает, что должен существовать определенный переход от упражнений, направленных на «пестование жизни», к упражнениям, направленным на «пестование естества». Зачастую по этому признаку происходит разделение существующих школ на те, которые от начала до конца проповедуют «пестование естества», и те, которые от начала до конца сосредоточиваются на «пестовании жизни».
Нижеследующая формула ярко отражает четыре основные уровня даосских энергетических упражнений: «перегонка жизненности в энергию, энергии — в дух, духа — вновь в открытость, перегонка открытости до слияния с дао». Хотя понятие «сознание» здесь не упомянуто, однако весь процесс укрепления жизненности, энергии и духа неотделим от сознания, на какую бы из двух составляющих, жизнь или естество, ни делался упор.
Таким образом сущность и цели совершенствования сознания были подняты на новую высоту, позволяющую осуществлять подготовку сознания и тела, так, чтобы достичь высшего философского принципа даосизма — гармонии с естественными законами мироздания.
Достижение такого состояния является целью различных конфуцианских, буддистких и даосских школ цигун, поскольку понятия «бесконечность», «пустота» и «дао» — разные названия одной и той же философской категории. Отсюда видно, что цигун представляет собой мостик, перекинутый от боевых искусств к философии, а также канал, по которому философия вливается в боевые искусства.
Иероглиф, которым обозначается понятие «естество», т.е. «изначальная природа», или «сущность» человека, состоит из двух элементов, означающих «мышление» (сердце) и «жизнь», поэтому его значение можно грубо интерпретировать как «жизнь сознания» или как «сознание, продолжающее жить», что является ярчайшим отражением духа и психологии человека.
Если рассматривать процесс подготовки внимания, энергии и тела по методу «двойного пестования естества и жизни» с точки зрения совершенствования сознания, то последовательность этапов выглядит следующим образом. Сначала — совершенствование «защитной энергии» (низшей или «земной энергии»), затем — совершенствование «жизненной энергии» (намерение, или воля), далее — совершенствование «созидательной энергии» (высшей, или «небесной энергии»), и вновь возвращение к совершенствованию изначальной энергии и изначального духа (пустоты).
Все эти этапы неотделимы от упражнений на тренировку сознания соответствующего уровня. В результате происходит слияние с дао, позволяющее человеку обрести абсолютную гармонию с мирозданием и природой, а также дающее возможность в полной мере реализовать скрытые особые способности и продлить жизнь.
Наиболее известными вариантами сочетания даосского цигун и боевых искусств являются тайцзицюань, синъицюань и багуцюань. Для примера остановимся более подробно на тайцзицюань.
Базирующийся на философской концепции Великого передела (тайцзи), тайцзицюань придает исключительное значение «параллельному совершенствованию сознания и тела, двойному пестованию естества и жизни». Исходя из этой посылки, тайцзицюань также включает переход от акцентированного совершенствования тела (совершенствования жизнеспособности и энергии) к акцентированному совершенствованию ума (совершенствованию духа, пестованию естества) через совершенствование сознания.
Этот процесс предполагает постепенное продвижение вперед от «сознательного совершенствования сознания» через «совершенствование между сознанием и бессознанием» к рубежу так называемого «бессознания», на котором «сознание (ум) умирает, а дух оживает». Затем через совершенствование духа и открытости достигается цель «устойчивости духа, полноты энергии, наполненности природным естеством», после чего происходит возвращение в беспредельность (слияние с дао).
Разные школы и направления используют разные требования, отличаются последовательностью выполнения упражнений, среди них встречаются более сложные и более простые, их технические приемы и способы имеют собственную специфику, они в разной степени связаны с литературой, драматическим искусством и живописью, не говоря уже о более глубоких различиях. Но в любой из школ, тем не менее, совершенствование сознания происходит через те же самые этапы и восходящие уровни. Более того, чем выше уровень, тем более отчетливо проявляется общая для всех школ тенденция стремления к одной и той же цели.
Такой вид подготовки, характеризующийся последовательным продвижением по восходящим уровням, не только помогает человеку достичь гармонии и ско-ординированности движений в системе тело-сознание, но и открывает необозримые перспективы раскрытия скрытых возможностей тела и мозга. Он позволяет достичь высочайшего уровня динамического равновесия и гармонии в системе тело-сознание, а также слияния в единое целое с внешним миром, включая природу и общество.
Для полноты картины необходимо остановиться еще на одной проблеме. По большому счету медицинская школа цигун основной упор делает на поддержание здоровья, конфуцианская школа — на морально-нравственный аспект, а буддистская и даосская школы в чем-то близки друг к другу, хотя имеют и отличия. Если не учитывать мастеров высшего уровня обеих школ, то, с точки зрения общих результатов, успехи даосской школы в пестовании жизни выше, чем в пестовании естества, в то время как буддистская школа больше преуспела в пестовании естества, чем в пестовании жизни. Причины этого кроются в уровнях совершенствования сознания.
В теории китайского цигун постоянно подчеркивается единство конфуцианской, буддисткой, даосской и медицинской школ. Китайский цигун — это единая наука, требующая высокого уровня интеграции принципов и достижений всех четырех направлений. В процессе практических занятий различия между школами все еще очевидны, но лишь на начальном и среднем этапах.
Если браться описывать различия между школами цигун используя современную терминологию, то вряд ли удастся избежать ошибочных толкований. Однако попытаемся это сделать, надеясь на то, что так будет более понятно неподготовленному читателю. Буддизм — это передовая психология, даосизм — естественные науки и биология, конфуцианство — это социология и общественные отношения, а медицинская школа — медицина. Для дальнейшего сближения и последующего объединения всех четырех школ в самом широком плане (и не только среди ограниченного круга людей) необходимы дополнительные усилия.

Концепция китайский медицины о триединстве жизненности, энергии и духа содержит такое же деление на уровни и такие же функциональные взаимосвязи, как и триединство сознания, энергии и тела в боевых искусствах. Жизненность, энергия и дух отличаются друг от друга по уровню и своей роли, однако в данном случае мы не будем пока учитывать эти различия.
Жизненность, или жизнеспособность (цзин), включает все, что составляет тело человека и поддерживает жизнедеятельность организма. Это понятие можно рассматривать как «тело» т.е. как механическую систему.
Энергию (ци) можно определить как «энергетическую систему» тела человека (включая мозг). Дух (шэнь) представляет собой целостное выражение проявлений жизненности и энергии, включая все виды духовной и психической деятельности человека. Дух является, в данном случае, адекватным «сознанию» как «мотивационной и управляющей системе».
Согласно теории «изначальной энергии», зта энергия заполняет собой все мироздание и все живущее. Все живущее содержит жизненность, энергию и дух, представляющие собой разные состояния и формы функционирования «изначальной энергии».
Жизненность, энергия и дух — три субстанции, которые, функционально взаимодействуя, поддерживают жизнедеятельность организма человека. Жизнен-ность-цзин и энергия-ци составляют основу духа-шэнь, который, в свою очередь, осуществляет управление цзин и ци. Дух является необходимым условием жизнедеятельности и одновременно ее высшим проявлением.
Необходимо пояснить, что современный китайский термин «жизненный дух» означает только психическую деятельность сознания человека, однако, его первоначальное значение пришло из теории китайский медицины о жизненности, энергии и духе. Жизненность есть жизнь (тело), дух есть сущность сознания, а энергия — субстанция, используемая и телом и сознанием.
Отсюда видно, насколько большое значение китайская медицина придает признанию и обоснованию неразделимости физической и ментальной функций и какую большую роль она отводит им. Практические способы и методы, связанные с их обоснованием, мы пытаемся представить в каждой главе. Без этих прагматических методов невозможно уяснить, что же представляет собой сознание.
Нижеследующую цитату можно рассматривать как главное положение теории познания, разработанной в психологии китайской медицины: «Приход жизни называется жизненностью. Две жизненности, поддерживающие друг друга, называются духом. То, что приходит и уходит с духом, называется небесной душой; то, что выходит и входит с жизненностью, называется земной душой. То, что выполняет распорядительные функции, называется умом. Когда ум наполнен содержанием, он называется сознанием. Когда сознание направлено на что-либо, это называется намерением. Изменение внимания, основанное на намерении, называется мыслью. Постижение мыслью далекого называется умозаключением. Деятельность с помощью умозаключений называется интелектом».
Конечно, понятия китайской медицины были разработаны отнюдь не для использования в боевых искусствах. Задача медицины состоит в борьбе с болезнями. Основной методологией китайский медицины является привлечение теоретического знания, приемов и методов в сочетании с наукой о мироздании, природе и жизни для поддержания баланса между инь и ян в организме человека, что и является главным условием здоровья.
Вместе с тем, китайская медицина предоставляет гарантии безопасности для занятий боевыми искусствами. Любое направление боевых искусств использует теорию отображения внутренних органов, теорию энергетических каналов, принципы циркуляции энергии в определенное время (т.н. «биологические часы»), а также такие доктрины, как «пять перемещений и шесть энергий». Все это позволяет развить жизненность, энергию и дух, обеспечивает эффективную «настройку» и динамический баланс тела и сознания внутреннего и внешнего.
Что касается конкретно совершенствования сознания, то китайская медицина делает акцент на регулировку психики, что отражают такие формулы, как «сначала — лечение духа», или «самое важное — лечение духа», а также «мудрый оберегает дух, глупый — тело».
«Совершенствование сознания» означает развитие всех уровней «духа», включающих все категории китайской медицины, связанные с телом и умом, особенно с психологической сферой: жизненностью, духом, высшими и низшими душами, умом, вниманием, волей, мыслью, размышлением и знанием, а также желаниями, темпераментом, характером и т.д.
Стремление соединить принципы боевых искусств с китайской медициной основано на необходимости связать между собой положения медицины, включая естественные законы здоровой ментальной и физической деятельности, с развитием характера, духа и здоровья человека, что позволяет решить проблемы, связанные с формированием сверхсознания, особенно с ответственностью, которую влечет за собой обладание особыми способностями, что позволяет взглянуть на них не просто как на то, что используется для боевых искусств, но и как на способности, позволяющие человеку обрести крепкое здоровье, предотвратить болезни и продлить жизнь.

Отработка упражнений, направленных на высокую управляемость тела, является элементом, сопутствующим развитию сверхспособностей тела и ума.
Теория тайцзицюань изложена в тезисах следующего рода: «Сознание и энергия являются правителями, кости и мышцы — администраторами»; «мысль управляет энергией, энергия управляет телом» и т.д.
С литературной точки зрения можно отметить, что положения теории боевых искусств очень метафоричны и изобилуют терминологией, связанной с межклассовыми отношениями в феодальном обществе, древней системой военного управления и т.д.
С точки зрения содержания, сознание (мысль), энергия и тело однозначно определяются как три составные части, или взаимодействующие функции, в рамках одной неделимой системы. Причем, мысль является фактором, инициирующим движение, поэтому ее можно назвать «командующим», энергия представляет собой «источник» движения; а тело — «армию».
Мысль также можно сравнить с электрическим рубильником, энергию — с электрическим током, а тело — с проводами и электроприбором. Цель функционирования системы требует «следования за мыслью» в том смысле, что необходимо действовать в соответствии с намерением и волей «командующего».
С точки зрения систематики эти отличия в функциях и субординация соответствуют взаимным связям между сознанием и телом, а также принципу одновременного совершенствования сознания и тела, который присущ всем школам боевых искусств, хотя формируется по-разному и имеет в каждой школе собственное практическое воплощение. Эти функциональные уровни и порядок подчинения соответствуют и современным научным теориям о взаимоотношениях между телом и сознанием.
Подчеркивая взаимосвязь между сознанием и энергией как между правителем и администратором, китайские боевые искусства также включают в себя изучение взаимоотношений между мыслью и сознательным намерением, между сознанием и энергией, между энергией и силой, так же как между руками и ногами, локтями и коленями, плечами и бедрами. Кроме того, боевые искусства изучают взаимосвязи между внешним и внутренним — то есть между всеми элементами единой системы. Эти взаимосвязи предполагают гармонию и координацию.
Проблема состоит в следующем: в рамках системы, реагирующей на множество нелогичных (а порой неестественных) временных раздражителей, функционирование знаний, энергии и тела не может быть по-настоящему согласованным, а следовательно, ведет к нерациональному расходованию жизненных сил, что в крайних ситуациях может выливаться в тяжелые физические и психические заболевания.
Поэтому человечество нуждается в большем количестве различных способов предупреждения растраты жизненных сил и реализации взаимодействия и координации функционирования сознания, энергии и тела. В поисках путей достижения этой цели боевым искусствам уже многое удалось.
Подготовка в области боевых искусств имеет ряд особенностей, заключающихся в следующем. Прежде всего, базовая подготовка сознания, энергии и тела осуществляется под воздействием обычного сознания. Затем решается следующая задача — на уже созданной базе осуществляется совершенствование сознания. Оно включает изменение самой природы «командующего» путем специальных упражнений с целью формирования сверхсознания, присущего боевым искусствам.
Итак, сознание трансформируется в сверхсознание, которое затем используется для дальнейшего развития тела и энергии до соответствующего сверхординарного уровня. Если пойти еще дальше, то сверхординарное развитие сознания и тела за счет их парралельного совершенствования может привести к цели, состоящей в высокой степени координации и согласованности функционирования сознания, энергии и тела на всех уровнях единой системы их организации.
Из вышесказанного становится очевидным, что совершенствование сознания в боевых искусствах концептуально отличается от тренировки сознания в современном спорте. Одновременное совершенствование и одновременное применение сознания и тела, или, точнее говоря, их взаимное совершенствование и задействование, еще не являются высшим уровнем совершенствования сознания. Существует более высокий уровень — «использование сознания, а не силы», и еще более высокий уровень, когда уже не требуется применения и самого сознания. Для этого необходимо «устранение сознательного намерения», что позволяет выйти на этап полного овладения сверхсознанием и физическим бытием.
Только в этом случае можно говорить об овладении высшим мастерством, которое характеризуется следующим образом: «непреднамеренное превыше всего»; «сознание без сознательного намерения есть истинное сознание».

Поговорка гласит: «Развитие энергии внутри укрепляет сухожилия, кости и мышцы снаружи». Это самое общее, хотя и упрощенное, определение двух основных составляющих боевых искусств: тренировки тела и энергии.
Из приведенной поговорки становится ясно, что тренировка тела и развитие энергетики представляют собой два главных элемента подготовки в боевых искусствах, которые, конечно же, могут различаться по степени, последовательности и методике в зависимости от особенностей и традиции того или иного вида единоборств.
Нет. необходимости напоминать, что оба вида подготовки тесно связаны и работой мозга и неотделимы от состояния сознания, играющего направляющую роль. Направляющая роль сознания присуща любому виду тренировки тела и является общим для всех подобных систем фактором. Отличие боевых искусств от других систем физического совершенствования состоит в умении управлять самим сознанием.
Тренировка сознания сама по себе руководствуется положениями древней китайской философии, китайской медицины, теории энергетических каналов и боевых искусств. В то же время она базируется на динамике движений в живой природе, психологии тренировки, энергетике, а также на принципах искусства «пестования тела» и сохранения здоровья. Тренировка сознания, таким образом, пронизывает все уровни и все аспекты боевых искусств в целом.
Поэтому в процессе одновременной тренировки тела и энергии совершенствование сознания является ключевым элементом высшего уровня. Оно представляет собой одну из главных и самых важных особенностей боевых искусств.

Под традиционными теориями, о которых идет речь, мы понимаем отрасли традиционной китайской науки, связанные с совершенствованием сознания и свободные от невежественных представлений и предрассудков. В этой главе мы представим краткий обзор соответствующих положений и исторических материалов. Чтобы избежать необъективности, мы не будем упрощенно делить их на идеалистические и материалистические.
Надеемся, что читатель будет постоянно помнить о том, что традиционную китайскую науку нельзя обвинять в «ненаучности» только по причине того, что ее концепции и терминология не соответствуют принятым в современной научной сфере. Тем более, что наличие теории, реальных результатов и их практического применения в принципе и составляет то, что называется наукой. Мы просто не имеем права отвергать рациональный и эффективный образ мысли Древнего Востока как выходящий за рамки «правильного» мышления только лишь в связи с непривычностью посылок, подходов и концепций.